/td>



Часть первая

Часть вторая

Часть третья


Николас Пиледжи

Казино

Любовь и уважение в Лас-Вегасе

Nicholas Pileggi. Casino
Перевод Александра Самойлика



## 9.
"Тони умел задеть за живое."

Тони Спилотро был на десять лет моложе своего старого друга Фрэнка Розенталя, но к 1971 году их жизни пошли причудливо параллельным курсом. Оба они стали известными личностями, и их сопровождала дурная слава. Их обоих множество раз арестовывали: Левшу - за серию мелких правонарушений, а Тони за серию правонарушений значительно более мелких, чем он в действительности совершил. Аресты обоих осуществлялись в результате судебных исков властей. И, по причине давления, оба решили изменить жизнь, отправившись на Запад.

В 1971-м года Тони был ещё в Чикаго, где он быстро выделился в среде своего особого класса преступников.

- После того, как он мочканул Билли Маккарти и Джимми Мираглиа, - сказал Франк Каллотта, - Тони очень быстро поднялся. Во-первых, он начал работать на Сумасшедшего Сэма Дестефано в качестве коллектора. Сумасшедший Сэм был до того поехавшим Шейлоком[1], что однажды собственного зятя приковал к батарее, поучил жизни, заставил своих подручных обоссать его, а потом хвастал этим во время семейного обеда.

- Потом Тони переправили Милуоки Филу Альдеризио, и надо сказать, в Аутфите как раз Милуоки Фил холил Тони. Фил зарабатывать умел. Он первый, кто придумал трясти букмекеров. До Милуоки Фила только ипподром платил братве. Фил это всё изменил и обложил данью ребят направо и налево.

- На какое-то время, примерно в 1962-м, 63-м, Тони стал залоговым поручителем. Правда-правда. Расхаживал по всему округу Кук. Заходил в конторы. Проверял документы. Парни из Аутфита его так пристроили. Он работал с Ирвином Вайнером, на Саут-Стейт-Стрит. Вайнер выдавал залог всем. Он поручительствовал парням и Милуоки Фила, и Джоуи Ломбардо, и Турка Торелло.

- У Тони появились шесть или семь подчинённых, которые сидели в разных арендованных офисах, и он занимался ростовщичеством. Как-то Тони пришёл ко мне и дал шесть тысяч долларов из заработанной нами суммы. Он сказал: "Знаешь, Франк, это большие деньги. Не хочешь, как я, инвестировать их и заняться ростовщическим бизнесом?" Говорит: "Сейчас это дело приносит мне немного денег. Я не прошу тебя вкладывать всё, но не хочешь вложить в дело, скажем, четыре штуки? Ты мог бы получать четыреста долларов в неделю, а четыре тысячи всегда бы лежали, и когда вздумаешь, я мог бы просто вытащить их оттуда."

- Ну, мне на самом деле не хотелось давать ему четыре тысячи, так что я предложил ему две. Тони сказал сойдёт, но ещё сказал, что после 61-го денег не хватает[2], а это означает большой спрос на них. Это у него такая шутка была.

- В любом случае, я дал ему две штуки, и он привлёк их к делу. Каждую неделю я получал свои двести долларов наличными. Кроме того, под нами работали ростовщики, и мы имели процент от того, что они зарабатывали, так что выхлоп получался довольно неплохим. Тратил я тоже довольно неплохо. Мне всегда нравились новые марки автомобилей. Так что я продал свой Ford 61-го года, с большим двигателем, отправился к дилеру в Hope Park Cadilac и взял голубой Coupe de Ville. Это машина, которую я всегда хотел.

- Как-то вечером Тони отвёл меня в North Avenue Steak House на Мангейм-роуд, который принадлежал Аутфиту. Там Тони хотел познакомить меня к некоторыми крупными воротилами. В тот день я и решил перейти в другую команду.

- Джеки Чероне сидел в баре с Сумасшедшим Сэмом Дестефано и какой-то блондинкой. Все трое были пьяными, а нет никого более отвратительного, чем Джеки Чероне, когда он пьяный. Когда мы зашли, я спросил Тони, что за лысый хуй шумит в этом баре.

- Я как-то громко, что ли, спросил, потому что Тони сказал мне не говорить так громко и объяснил, кто эти два парня. Где-то в это же время Джеки Чероне схватил официантку за руку и сказал ей пососать свою залупу. Она сказала нет, и он отпустил ей затрещину и прогнал.

- Потом к нам подошёл Сумасшедший Сэм Дестефано и начал говорить о том, какой же Джеки Чероне болван. Сумасшедший Сэм тоже был очень пьян в тот вечер. Дальше подвалил Джеки Чероне и спросил у Тони, кто это, его друг, подразумевая меня. Тони представил меня Сэму и Джеки. Так я и познакомился с Джеки Чероне.

- Мы просидели там всего около часа. Они шумели, гулеванили вовсю. Этот Джеки Чероне реально, реально неотёсанный тип. Любую девушку, которая проходила мимо, он тянул к себе. Не важно, с парнем она или нет.

- Находиться с ним было просто некомфортно, потому что приходилось ходить на цыпочках. Следить за тем, что говоришь. Ну а тогда просидели, как болваны. Посмеялись шуткам Джеки, дали ему почувствовать себя большим человеком. Наконец ушли. Сели в машину и поехали куда-нибудь, лишь бы оттуда свалить.

- Я оставил мои деньги крутиться в деле ещё где-то два с лишним месяца, но я всё время парился, из-за того, что приходилось целовать задницы, быть всё время настороже, терпеть наезды по поводу того, что мне надо поменять тачку. Тони на самом деле стремился стать крупным воротилой в Аутфите. А я нет.

- Так что, в конце концов я сказал самому себе: "На хер этот район! На хер этих парней!" А Тони сказал: "Хочу покуролесить на востоке".

- Он сказал: "Ты вообще про что?" И я ему сказал, что хотел бы, конечно, оставаться в его бригаде, но "ребята, вы чот не сильно напрягаетесь, а мне нужна деятельность." Мы остались близкими друзьями, но я сказал ему, что хочу больше экшена и начал в орудовать с бандой грабителей в Ист-Сайде.

# # #

По словам бывшего агента ФБР Уильяма Рёмера, который проследил взлёт Спилотро в шестидесятые годы и написал об этом в своей книге, "Душегуб": "Тони умел задеть за живое. В то время, когда он был поручителем, я заметил хвост за собой, когда выходил из спортзала. Тони ехал в зелёном ретро-автомобиле. Во всей красе. Он держался довольно далеко, но я видел, как он сделал пару разворотов, и я понимал, что он увязался за мной. Он сидел у меня на хвосте до парка Коламбус, где я поджидал его в безлюдной местности.

- Я знал, чего он хочет. Он пытался выяснить, с кем я вижусь, кто мои информаторы, потому что мы собирали материалы против Сэма Джанканы и Милуоки Фила, и они знали, что у нас в группировке есть осведомители. Вот, что он делал для Аутфита, целыми днями ошиваясь по округе.

- На какое-то время он потерял меня из виду, но продолжал высматривать. Когда он был примерно в двадцати футах от меня, я направил на него пистолет и выкрикнул: "Ты не меня ищешь, приятель?"

- Он оцепенел, но всего на секунду. Он пришёл в себя чрезвычайно быстро. "Просто прогуливаюсь. Это чо, не общественное место?"

- Я всмотрелся в этого парня. В тот момент я не знал, что это Спилотро. На нём федора. Такая, какую носил Сэм Джанкана. Серый свитер с галстуком, серые брюки и чёрные лоферы. Очень, очень низкорослый, но казался крепко сбитым. Мускулистым. Не хлюпик. Наоборот.

- Когда я представился и спросил его документы, он сказал: "Это не твоё собачье дело! Мне насрать, кто ты, педрила, такой, ты не имеешь права чего-то требовать, если у тебя нет ордера."

- Я сказал, что это моё дело, схватил его за левую руку, завёл за спину и держал и вытащил у него бумажник. В его водительских правах значилось, что он Энтони Джон Спилотро. Я мог бы и догадаться. Я видел его возле дома Сэма Дестефано. Я спросил у него насчёт Дестефано, и он сказал, что никогда о таком не слышал. Я спросил, зачем он за мной следил, и он сказал: "Да кому ты нужен? Я просто гуляю в парке." Когда я сказал, что в это не верю, он ответил: "Меня как-то не ебёт, веришь ты или нет."

Это Тони. Вместо того, чтобы сложить лапки и юлить, пытаясь подладиться, он продолжал умничать. Дошло до того, что к нему пытался подладиться я. Я сказал ему, что он ещё молодой парень. Залоговый поручитель. Ему надо выбираться из того дерьма, в которое его затащили.

- "Блин, и стать таким же педрилой, как и ты, - сказал он мне. - Я видел, как ты живёшь. Видел твой дом. Крупный воротила выискался! Жить на отшибе, среди свалок, возле металлургического комбината. Вообще охуенно. Мне надо жить, как ты?"

- Как я уже сказал, Тони умел задеть за живое. Я предупредил, что если когда-нибудь увижу его возле своего дома, я разберусь с ним в частном порядке.

- Он всё продолжал. "Да пошёл ты, педрила", - говорит он. Я стою там среди деревьев, с наведённым на него пистолетом. Я выше шести футов, мой вес двести двадцать фунтов. Если он следит за мной, он знает, что я каждый день занимаюсь боксом в Y. При этом он пять и пять и сто тридацать пять фунтов, и он взрывает мне мозги в укромном уголке парка. Это Тони. Просто выпрашивал у меня.

- Я отпихнул его, подтолкнул в сторону стоянки. "Вали отсюда, козявка", - сказал я, и он побрёл, сел в машину и укатил.

- После того, всякий раз, когда я рассказывал моим друзьям-журналистам о Спилотро, я всегда упоминал его как "эта мелкая козявка". Сэнди Смит из Tribune и Арт Петак из Sun-Times, а позже и Джон О'Брайен из Trib начали использовать имя "Муравей", когда писали о нём. Полагаю, в те дни слово "козявка" считалось неприличным для употребления в прессе.

# # #

К 1970-му году Спилотро появлялся в газетах каждый день. Он строил лица и позировал перед камерами, когда ходил с заседаний и на заседания Комиссии по уголовным делам. Он даже настаивал на предъявлении иска полиции и Налоговой службе за 12000 долларов, которые они конфисковали во время гемблингового рейда. Полиция заявила, что деньги являются доходами организаторов азартных игр, и Налоговая служба хранили деньги в качестве залога возможных неуплаченных налогов. Тони проиграл тяжбу; что ещё хуже, судебный иск позволил федеральным агентам получить доступ к его налоговой отчётности. Долго они не тянули и предъявили Спилотро обвинение в том, что он подал ложные данные в заявке на ипотечный кредит, где указал, что работает на цементном заводе. Согласно показаниям агентов Налоговой службы его единственный задекларированный доход за прошлый год, 9000 долларов, получен исключительно от выигрышей в азартных играх. О доходах с цементного завода данных нет.

- Тони не мог перейти улицу, чтобы к нему кто-нибудь не прицепился, - сказал Каллотта. Было жарко. Многих из его шайки, меня в том числе, собирались посадить, и его тоже, если он только не свалит из города. На моей прощальной вечеринке - мне дали шесть лет, за ограбления, кражи со взломом и угрозы - Тони сказал, что он с Нэнси и ребёнком едет отдохнуть на Запад. Он сказал, что, может, переедет в Лас-Вегас и что мне надо перебраться к нему, как только выйду. Я намотал это на ус и отправился на нары на шесть лет.

# # #

Весной 1971-го года, примерно в то время, когда Фрэнк Розенталь подумывал о работе в Stardust, Тони Спилотро снял квартиру в Лас-Вегасе, а 6 мая 1971-го грузовик Transworld Van Lines подкатился к дому Спилотро в Дубовом парке и бригада рабочих начала загружать фуру домашним имуществом. Ещё через несколько минут, два автомобиля Налоговой службы заехали на улицу и агенты начали записывать всё, что выносилось из дома.

Спилотро тут же заподозрил, что, как только фура будет загружена его домашним имуществом, агенты угонят грузовик для налоговой оценки. Поэтому он распорядился, чтобы бригада Transworld Van Lines разгрузила фуру и перетащила все вещи обратно в дом. Затем он позвонил своему адвокату и подал в суд на Налоговую службу; федеральные власти вынудили его, как он рассказывал, покинуть город, и потом стали препятствовать осуществлению "его конституционного права на свободу передвижения и выбора места пребывания на территории Соединённых Штатов."

В течение недели прокуратура смягчилась, и Transworld Van Lines вернулись для переупаковки и погрузки восьми тысяч фунтов пожитков Спилотро, включая девять стопок посуды, девять коробок с одеждой, сорок пять коробок с предметами домашнего обихода, один матрас для детской кроватки, четыре тумбочки, обеденный стол и шесть стульев, три телевизора, одну швейную машинку, напольные часы, три комода, диван, кресло для двоих, шесть зеркал, шесть разрозненных стульев, четыре стола, садовую мебель. Согласно накладной, имущество было оценено в 9900 долларов, и большая часть предметов имела царапины или сколы.

В коносаменте - в графе "Контактное лицо в месте назначения, ответственное за окончательный расчёт" - Спилотры написали: "Фрэнк или Джерри Розенталь."

# # #

- Сначала Тони с Нэнси приехали в Лас-Вегас погостить, - сказал Фрэнк Розенталь. - Немного отдохнуть. Это было незадолго до того, как они решили переехать сюда. Он сказал: "Давайте прокатимся." Мы уехали из города в пустыню и поговорили о том, что происходит в Чикаго.

- Он сказал, что дома жара, и спросил, не возражаю ли я, если он переедет сюда. Почему он меня спрашивал? Думаю, он меня втягивал в дерьмо. Он просто хотел прикрыть свои тылы, чтобы, когда жарко станет и тут, он мог сказать: "Господи, да я же спрашивал у тебя, нет, что ли?"

- Во время поездки я предупредил его, что здесь всё по-другому, не так, как на родине. Я рассказал ему, что у местных полицейских репутация очень жёстких. Рассказал, что многих арестованных здесь хоронят в пустыне ещё до того, как они успевают добраться до суда.

- Тони ничего не ответил. Я понимал, что если Тони действительно переберётся в Лас-Вегас, ему лучше вести себя как можно тише.

По данным ФБР, когда Спилотро прибыл, у него не было разрешения Аутфита начинать всех трясти и затевать некие ростовщические операции - это могло подставить под угрозу выгребание группировкой денег из казино, что являлось основным источником её дохода.

- Тони хорошо соображал, - сказал Бад Холл, бывший агент ФБР. - Он знал, насколько далеко можно заходить с боссами чикагской группировки. Джо Айюппа, например, был, вроде как, парнем, который не людил раскачивать лодку. Айюппе было наплевать на Спилотро, но Тони знал, что, как только уедет, отвечать за всё придётся самому.

# # #

- Когда после поездки мы вернулись в дом, стало ясно, что Нэнси и Джери выпили. Они обе набрались. Тони развыступался. Начал кричать на Нэнси: "Зачем так делать? Ты меня подставляешь. Фрэнк не захочет нас здесь терпеть, если ты и дальше будешь себя так вести."

- Он пытался вешать мне лапшу, что всё будет нормально. Что их парочка будет вести себя хорошо.

- Ну, через пару недель они переехали на постоянное место жительства, и это был сигнал для Бюро. Началось. Они принялись наблюдать за ним и за мной. В каком-то смысле я их понимаю. Они предполагали - все предполагали - что Тони приехал в город с инструкциями из Чикаго. Что он их движущая сила в городе и что я человек Аутфита, внедрённый в казино.

- Дальше от истины ничего и быть не могло, но Тони пользовался этими неверными домыслами. Ему это понравилось. Он подыгрывал этому. Он говорил всем: "Я куратор Фрэнка. Я патрон Фрэнка".

- Даже Джери думала, что он мой начальник. Однажды я зашёл в загородный клуб, где сидели некоторые должностные лица, и один из них сказал, что там, в углу, мой босс. Я глянул, ожидая увидеть кого-нибудь из руководcтва Stardust, а вместо этого увидел Тони, играющего в карты. Когда я разозлился, мне сказали, что это просто шутка, но это суждение бытовало в городе с самого начала.

- Он пробыл в городе всего два или три дня, и тут ко мне прицепился шериф Ральф Лэмб. Говорит: "Скажи своему другу, я хочу, чтобы он уехал из города через неделю." Я пытался выгородить Тони. Сказал: "Ральф, этот парень не моя собственность, но он будет вести себя прилично. Дайте парню отдышаться." Бестолку. Он хотел, чтобы Тони покинул город.

- Я передал Тони это пожелание, но, то ли день рождения у него был, то ли ещё что-то, неважно, и Тони, вместо того, чтобы уехать в те выходные, пригласил пятерых своих братьев. Добропорядочные люди. Один был стоматологом. Но шериф Лэмб сграбастал их, как только они добрались до города и упёк в тюрьму на несколько часов.

- Он всю ночь держал Тони в вытрезвителе. Это мокрая камера, где всё время поливают из шланга, у всех там вши.

- Когда Спилотро наконец вышел, он был в бешенстве. Вопил: "Я убью этого уёбка". Но он успокоился. По правде говоря, он получил полное право оставаться в городе, было заключено перемирие, хотя ни он, ни шериф Лэмб не из тех людей, с которыми можно договариваться.

- Тони, наверное, и не предполагал, что такое может произойти, когда он переедет. Не думаю, что у него была какая-то стратегия. Думаю, всё развивалось день за днём и, самое главное, он остался один, никто ему не мешал заниматься самодеятельностью.

# # #

Тони, Нэнси и их четырёхлетний сын, Винсент, поселились в квартире, и Нэнси начала вести жизнь ласвегаской жены. Левша и Джери помогли им обжиться: Левша позвонил в банк Nevada, ради Тони, а Джери познакомила Нэнси со своими любимыми парикмахерами и маникюрщицами в Caesar’s Palace. Джери и Нэнси очень сдружились. Вместе ходили по магазинам, ужинали по вечерам, когда их мужья были заняты (такое бывало часто), и играли в теннис три или четыре раза в неделю, в Las Vegas Country Club, где Левша выхлопотал им членство.

В отличие от роскоши Розенталей, с их дорогими автомобилями и домом с полем для гольфа, Нэнси и Тони жили скромно. Они ездили на недорогих машинах и купили дом с тремя спальнями на Бальфур-авеню, в районе со средним уровнем доходов. Нэнси отдала маленького Винсента в Католическую школу епископа Гормана, вступила в Ассоциацию учителей и родителей, а если у её сына крали велосипед перед домом, тащилась в местный полицейский участок. Тони постоянно ходил на матчи Младшей лиги, где сидел на трибунах или позади тренера, с другими отцами, болеющими за своих сыновей.

Тони открыл магазин сувениров в Circus Circus, названный Anthony Stuart Ltd., и Нэнси часто там работала. Большую часть своего времени Тони проводил в покер-руме в Circus или в Dunes, ссужая проигравшимся игрокам деньги по ставкам ростовщиков. Прошло совсем немного времени и практически каждый в двух казино должен был ему денег.

Его ростовщичество, вымогательство и шулерская карточная игра вскоре привлекли такое внимание, что игра Спилотров в Оззи и Харриет[3] потерпела крах. Тони придвинул цементный блок к задней стене своего дома, так чтобы можно было глянуть через забор, не ведётся ли за ним слежка в тот день. Обычно велась. Агенты поймали его поздним вечером на вечеринке в компании самых молодых и наивных девушек, покорявших город. в то же самое время Нэнси арестовали за вождение в нетрезвом виде; тогда она указала Джери - не Тони - как человека, которому следует позвонить в случае необходимости.

# # #

За две недели до того, как Тони появился в Лас-Вегасе, федералы скидывали информацию о нём по телеграфу. ФБР в Чикаго предупредило Лас-Вегас, что он в пути. Выследили одну из его первых встреч, среди пустыни, где его просили помочь наладить связи одного мясокомбината со всеми крупными отелями. Затем выследили его встречу с лидерами местного кулинарного профсоюза. Позже эти представители профсоюза встречались с основными закупщиками в отелях-казино, и к лету все отели закупали мясо у известного нам комбината.

- Мы задерживали его каждые три-четыре месяца по незначительным вопросам, - сказал городской следователь Лас-Вегаса сержант Уильям Китон, - и вручали ему жалобу, и он ворчал, что люди просто наговаривают на него, после чего мы его отпускали.

- Но Тони нравилась популярность. Он был шустрым типом. Самоуверенным. Умел быть к тому же обаятельным. Чикагская Комиссия по преступности прислала нам фотографию парня, чью голову сжимали тисками, и делал это предположительно Тони. Время от времени я смотрел на неё, чтобы напоминать себе, насколько он опасен. Голова того парня была ужата в клин примерно до пяти дюймов в ширину, после чего Тони плеснул ему лицо жидкость для зажигалок и поджёг. Глазные шары заплыли.

- В сентябре 72-го мы задержали его по обвинению в убийстве, совершённом в 63-м, в Чикаго. Его не выпускали под залог - нормальная практика в случае убийства - и ожидали экстрадиции обратно в Чикаго. Мне кажется, Тони не хотел провести ночь за решёткой - следом мы узнали, что Розенталь заявился в суд по слушании по делу о временном освобождении Спилотро. Это не самое умное, что мог сделать Левша, но, мне кажется, у него не было выбора.

# # #

- Тони провёл в городе всего год, и вот, от него раздался звонок, - сказал Фрэнк Розенталь. - Он был в тюрьме. "Поручись за меня. Сделай это ради меня, - говорит он. - Ты мне нужен как человек, который выступит личным поручителем условий залога."

- Выяснилось, это в связи с убийством в Чикаго в 63-м. Я сказал: "Что за херня, Тони, я работаю в казино. У меня лицензия..."

- Я пытаюсь объяснить, что это, возможно, не лучший шаг с моей стороны переться в суд и подставляться на слушании дела об освобождении под залог за убийство. Это могло стать красным флагом для Совета по контролю за азартными играми.

- "Мне это надо до посинения, - говорит он. - Ты должен сделать это".

- Так что я попёрся в суд. Я поручился за него, и он вышел за десять тысяч долларов залога. Тони поклялся мне, что он не участвовал в том убийстве. Он был очень убедителен. На следующий день я просматривал газеты, не появилось ли там моё имя в связи с этим делом. Мне повезло. Не появилось.

# # #

- Спилотро отправили обратно в Чикаго и выдвинули ему обвинения, сказал агент ФБР, Билл Рёмер. - В суде он не признал себя виновным и сказал, что понятия не имеет, где был в день убийства. Он сказал, припоминает, президент Кеннеди был убит неделю спустя, и он пытался оттолкнуться от этой даты, чтобы восстановить, где был в день убийства Формана.

- Он был очень находчивым. Сказал, что попросит свою семью просмотреть свои записи. Он сказал, что надеется отыскать что-нибудь, что могло бы доказать его отсутствие на месте преступления.

- Затем, примерно за месяц до судебного заседания, одного из двух сообвиняемых Тони, Сумасшедшего Сэма Дестефано, застрелили в собственном гараже. Двумя быстрыми выстрелами из дробовика. Жена Сэма и телохранитель просто по случайности ушли на тридцать минут до этого повидаться с родственниками.

- Сумасшедший Сэм тревожил Тони. Он пытался отделить своё дело от дела Сэма. Сэму только что дали три года за угрозы свидетелю обвинения по делу о наркотиках, и он являлся в суд в инвалидном кресле, в пижаме и с мегафоном в руке. Тони тревожился, что Сэм вызовет предубеждение у присяжных. Также сообщалось, что Сэм болен раком, и страх смерти в тюрьме заставить его кидануть сообвиняемых, а именно брата Марио и Тони. Мы слышали, что Тони тайно обратился к боссу Аутфита, Энтони Аккардо, утверждая, что Долбанутый Сэм собирается его грохнуть.

Спилотро выиграл дело. Его невестка Арлин, жена брата Джона, дала показания. Она свидетельствовала, что в день убийства она, её муж, Нэнси и Тони провели весь день вместе - покупали мебель и бытовую технику, обедали и спорили о сочетаемости цветов. Присяжные отклонили обвинения против Тони.

- В тот день я был там, - сказал Рёмер. - Когда огласили вердикт, Тони торжествующе поднял руки. Затем он бросил взор на нас, сотрудников правоохранительных органов. На его лице появилась широкая презрительная ухмылка. На миг его взгляд сфокусировался на мне.

- Когда он выходил из зала суда, уже свободным человеком, я шагнул в проход. "Всё-таки ты остаёшься мелкой козявкой, - сказал я. - Мы до тебя ещё доберёмся." Я произнёс это очень тихо.

- Тони посмотрел на меня и улыбнулся. "Да пошёл ты", - сказал он.




  • ↑1 Шейлок - персонаж пьесы Уильяма Шекспира "Венецианский купец", ростовщик, для которого расправа с должником была важнее возврата денег; в целом, нарицательное имя для всех ростовщиков.
  • ↑2 1961-й - первый год президентства Джона Кеннеди.
  • ↑3 Персонажи сериала 50-60-х "Приключения Оззи и Харриет", нарицательное имя для идеальной американской семьи.